Сравнительный метод в конституционном праве традиционно был одним из наиболее популярных средств как познания норм позитивного законодательства, так и понимания социальной реальности, в которой они складываются и применяются. Использование одних и тех же норм и институтов в схожих условиях позволяет учёным исследовать общественное развитие и правоприменительную практику в этих правопорядках, а если условия различаются – находить корреляцию между отдельными факторами и особенностями правоприменения. Кроме того, использование сравнительного метода в условиях формирующейся многополярности способно не только помочь найти ответ на вопрос о существовании региональных моделей конституционализма, но и обособить ряд новых конституционных ценностей, формируемых в развивающихся государствах. В свою очередь, это позволяет посмотреть на развитие конституционного права и публичной политики под новым углом: сформировать нелинейное и научно обоснованное представление о роли норм и институтов конституционного права в конкретных контекстах. Благодаря способности решать задачи, стоящие перед наукой конституционного права, как отмечает профессор А.А. Троицкая, сравнительный метод является одним из основных (наряду с формально-догматическим, историческим, социологическим и др.) ее методов
[1].
В зарубежной и российской науке сложились разные конфигурации сравнительно-правовых исследований в конституционном праве, каждая из которых позволяет увидеть определенный срез конкретного вида общественных отношений. Разные конфигурации сравнительных исследований подходят для разных исследовательских задач и приводят к разным конечным выводам сравнительного исследования. При помощи
статистических сравнительных исследований можно проверять гипотезы о развитии норм и институтов конституционного права в максимально широком перечне случаев, а при помощи
сравнительного case study – делать обоснованные выводы относительно нескольких правопорядков и понимать разницу социального контекста между ними. В рамках иной классификации, сравнительные исследования могут быть
культурологическими, когда нацелены на изучение влияния социального контекста на законодательство и правоприменительную практику, либо
институциональными, когда сравнение правопорядков происходит по линии функций, выполняемых нормами и институтами.
Дальнейшая теоретическая разработка сравнительного метода и его применение является актуальной задачей для науки конституционного права, однако ценность сравнительного метода не сводится к достижению исключительно научных целей. Сравнительный метод широко применяется в публичной политике для обоснования отдельных решений органов государственной власти и местного самоуправления. Иногда применение метода, в том числе выбор объектов сравнения, можно назвать откровенно неграмотным и политически мотивированным. Противодействие манипулятивному отбору фактов (англ.
cherry picking) является одной из приоритетных задач теории сравнительного метода в конституционном праве – не только ввиду возможной политизации метода и злоупотребления им для обоснования политических решений, но и для преодоления необоснованного усмотрения, познавательного волюнтаризма самих компаративистов. Только при четком обосновании выбора объектов исследования достижение достоверного и научно обоснованного знания становится возможным. Такое знание позволяет ученым прогнозировать дальнейшее развитие сравниваемых правопорядков, а политикам – принимать научно обоснованные политические и управленческие решения.
Изменение международной повестки диктует науке не только ряд новых исследовательских проблем (правовое регулирование IT/AI, биоэтика и подобные), но и открывает перед ней новые горизонты исследований. И речь идет не только о дальнейшей разработке сравнительного метода в теоретическом ключе и его применении в качестве ответа на современные вызовы. Впервые возникает возможность рассмотреть в сравнении действие норм и институтов конституционного права в государствах, ранее мало исследованных.
[1] Подробнее см.
Троицкая А.А. Сравнительный метод в науке конституционного права. Москва: Зерцало-М, 2020. Глава 1.